Неточные совпадения
Несмотря на все эти причуды, другу его, Штольцу, удавалось вытаскивать его в
люди; но Штольц часто отлучался из Петербурга в Москву, в Нижний, в Крым, а потом и за границу — и без него Обломов опять ввергался весь по уши в свое
одиночество и уединение, из которого могло его вывести только что-нибудь необыкновенное, выходящее из ряда ежедневных явлений жизни; но подобного ничего не было и не предвиделось впереди.
На следующий день он явился в квартиру г-на Яффа, который, как истый светский
человек, не жалуя деревенского
одиночества, поселился в уездном городе, «поближе к барышням», как он выражался. Чертопханов не застал Яффа: он, по словам камердинера, накануне уехал в Москву.
—
Люди почувствуют себя братьями только тогда, когда поймут трагизм своего бытия в космосе, почувствуют ужас
одиночества своего во вселенной, соприкоснутся прутьям железной клетки неразрешимых тайн жизни, жизни, из которой один есть выход — в смерть.
А в следующий момент подумал, что если он так одинок, то это значит, что он действительно исключительный
человек. Он вспомнил, что ощущение своей оторванности от
людей было уже испытано им у себя в городе, на паперти церкви Георгия Победоносца; тогда ему показалось, что в
одиночестве есть нечто героическое, возвышающее.
— Да, — забывая о
человеке Достоевского, о наиболее свободном
человеке, которого осмелилась изобразить литература, — сказал литератор, покачивая красивой головой. — Но следует идти дальше Достоевского — к последней свободе, к той, которую дает только ощущение трагизма жизни… Что значит
одиночество в Москве сравнительно с
одиночеством во вселенной? В пустоте, где только вещество и нет бога?
Клим выслушивал эти ужасы довольно спокойно, лишь изредка неприятный холодок пробегал по коже его спины. То, как говорили, интересовало его больше, чем то, о чем говорили. Он видел, что большеголовый, недоконченный писатель говорит о механизме Вселенной с восторгом, но и
человек, нарядившийся мужиком, изображает ужас
одиночества земли во Вселенной тоже с наслаждением.
«Вероятно, очень одинокий
человек и устал от
одиночества», — подумал он, слушая Бердникова более внимательно.
— Нигде, я думаю,
человек не чувствует себя так одиноко, как здесь, — торопливо говорила женщина. — Ах, Клим, до чего это мучительное чувство —
одиночество! Революция страшно обострила и усилила в
людях сознание
одиночества… И многие от этого стали зверями. Как это — которые грабят на войне?.. После сражений?
Эта встреча обрадовала Клима, как встреча с приятным
человеком после долгого и грустного
одиночества; он протянул ему руку и заметил, что постоялец, прежде чем пожать ее, беспокойно оглянулся.
Самгин возвратился в столовую, прилег на диван, прислушался: дождь перестал, ветер тихо гладил стекла окна, шумел город, часы пробили восемь. Час до девяти был необычно растянут, чудовищно вместителен, в пустоту его уложились воспоминания о всем, что пережил Самгин, и все это еще раз напомнило ему, что он —
человек своеобразный, исключительный и потому обречен на
одиночество. Но эта самооценка, которой он гордился, сегодня была только воспоминанием и даже как будто ненужным сегодня.
— Ты должен знать: все женщины неизлечимо больны
одиночеством. От этого — все непонятное вам, мужчинам, неожиданные измены и… все! Никто из вас не ищет, не жаждет такой близости к
человеку, как мы.
«”И дым отечества нам сладок и приятен”. Отечество пахнет скверно. Слишком часто и много крови проливается в нем. “Безумство храбрых”… Попытка выскочить “из царства необходимости в царство свободы”… Что обещает социализм
человеку моего типа? То же самое
одиночество, и, вероятно, еще более резко ощутимое “в пустыне — увы! — не безлюдной”… Разумеется, я не доживу до “царства свободы”… Жить для того, чтоб умереть, — это плохо придумано».
Иона чувствует за своей спиной вертящееся тело и голосовую дрожь горбача. Он слышит обращенную к нему ругань, видит
людей, и чувство
одиночества начинает мало-помалу отлегать от груди. Горбач бранится до тех пор, пока не давится вычурным, шестиэтажным ругательством и не разражается кашлем. Длинные начинают говорить о какой-то Надежде Петровне. Иона оглядывается на них. Дождавшись короткой паузы, он оглядывается еще раз и бормочет...
Он снова встретился с
человеком, его
одиночество в мире окончилось.
Человек в этом акте самопознания ощутил и собственную свою неполноту и незавершенность: в нем явилось сознание
одиночества, жажда подруги.
— Далее, как бы подготовляя
человека к творению жены, Бог приводит к нему всю тварь, чтобы зрелищем всеобщей двуполости вызвать в нем сознание своего
одиночества в мире.
После падения Франции я не раз встречал
людей этого рода,
людей, разлагаемых потребностью политической деятельности и не имеющих возможности найтиться в четырех стенах кабинета или в семейной жизни. Они не умеют быть одни; в
одиночестве на них нападает хандра, они становятся капризны, ссорятся с последними друзьями, видят везде интриги против себя и сами интригуют, чтоб раскрыть все эти несуществующие козни.
— Какая смелость с вашей стороны, — продолжал он, — я удивляюсь вам; в нормальном состоянии никогда
человек не может решиться на такой страшный шаг. Мне предлагали две, три партии очень хорошие, но как я вздумаю, что у меня в комнате будет распоряжаться женщина, будет все приводить по-своему в порядок, пожалуй, будет мне запрещать курить мой табак (он курил нежинские корешки), поднимет шум, сумбур, тогда на меня находит такой страх, что я предпочитаю умереть в
одиночестве.
Острое переживание
одиночества и тоски не делает
человека счастливым.
Я наиболее чувствовал
одиночество именно в обществе, в общении с
людьми.
Но, с другой стороны, и в них, в интимном общении с теми, которые были мне во многом близки, я чувствовал все то же
одиночество, все ту же невозможность сказать
людям самое главное так, чтобы они восприняли.
Неверно поняли бы мою тему
одиночества, если бы сделали заключение, что у меня не было близких
людей, что я никого не любил и никому не обязан вечной благодарностью.
Харитина вспомнила предсказание Галактиона и засмеялась. Вот придумал
человек!.. А все-таки он пришел в суд, и она уже не чувствовала убивавшего ее
одиночества.
И вечно один, а без
людей жить нельзя — обуяет тоска
одиночества, самая мучительная тоска, какая только есть на свете.
Долго еще оставалась Дуня в
одиночестве. Пока у Божьих
людей было общее прощенье, пока кормщик читал жития и говорил поучение, она была одна в пустой комнате. И чего тогда она не передумала.
Это был кроткий молодой
человек, бледный, худой, почти ребенок. Покорно переносил он иго болезненного существования и покорно же угас на руках жены, на которую смотрел не столько глазами мужа, сколько глазами облагодетельствованного
человека. Считая себя как бы виновником предстоящего ей
одиночества, он грустно вперял в нее свои взоры, словно просил прощения, что встреча с ним не дала ей никаких радостей, а только внесла бесплодную тревогу в ее существование.
Мы с ним отдали всему этому"привычну дань". Я ведь был еще молодой
человек, но излишество прожигания жизни никогда не могло владеть мною. Из Парижа после целых четырех зимних сезонов я вывез чувство большого душевного
одиночества. И оно ничем не было заполнено, никаким даже чувственным сближением с сколько-нибудь любимой женщиной.
При том же стремлении к строгому знанию, по самому складу жизни в Казани, Москве или Петербурге, нельзя было так устроить свою студенческую жизнь — в интересах чисто научных — как в тихих"Ливонских Афинах", где некутящего молодого
человека, ушедшего из корпорации, ничто не отвлекало от обихода, ограниченного университетом с его клиниками, кабинетами, библиотекой — и невеселого, но бодрящего и целомудренного
одиночества в дешевой, студенческой мансарде.
Звезды, глядящие с неба уже тысячи лет, само непонятное небо и мгла, равнодушные к короткой жизни
человека, когда остаешься с ними с глазу на глаз и стараешься постигнуть их смысл, гнетут душу своим молчанием; приходит на мысль то
одиночество, которое ждет каждого из нас в могиле, и сущность жизни представляется отчаянной, ужасной…
Но чем ближе подходило время моего отъезда, тем больший ужас
одиночества и большая тоска овладевали мною. Решение жениться с каждым днем крепло в моей душе, и под конец я уже перестал видеть в нем дерзкий вызов обществу. «Женятся же хорошие и ученые
люди на швейках, на горничных, — утешал я себя, — и живут прекрасно и до конца дней своих благословляют судьбу, толкнувшую их на это решение. Не буду же я несчастнее других, в самом деле?»
Фельдшер наш мне не нравится. Нелюдим. А Анна Кирилловна очень милый и развитой
человек. Удивляюсь, как не старая женщина может жить в полном
одиночестве в этом снежном гробу. Муж ее в германском плену.
Шорохов пугаюсь,
люди мне ненавистны во время воздержания. Я их боюсь. Во время эйфории я их всех люблю, но предпочитаю
одиночество.
Я вдруг живо почувствовал и смерть незнакомого мальчика, и эту ночь, и эту тоску
одиночества и мрака, и уединение в этом месте, обвеянном грустью недавней смерти… И тоскливое падение дождевых капель, и стон, и завывание ветра, и болезненную дрожь чахоточных деревьев… И страшную тоску
одиночества бедной девочки и сурового отца. И ее любовь к этому сухому, жесткому
человеку, и его страшное равнодушие…
Тарантас поехал, стуча по мостовинам; господа пошли сбоку его по левую сторону, а Юстин Помада с неопределенным чувством
одиночества, неумолчно вопиющим в
человеке при виде людского счастия, безотчетно перешел на другую сторону моста и, крутя у себя перед носом сорванный стебелек подорожника, брел одиноко, смотря на мерную выступку усталой пристяжной.
Идти домой Ромашову не хотелось — там было жутко и скучно. В эти тяжелые минуты душевного бессилия,
одиночества и вялого непонимания жизни ему нужно было видеть близкого, участливого друга и в то же время тонкого, понимающего, нежного сердцем
человека.
Эта бессонная лихорадочная ночь, чувство
одиночества, ровный, матовый, неживой свет луны, чернеющая глубина выемки под ногами, и рядом с ним молчаливый, обезумевший от побоев солдат — все, все представилось ему каким-то нелепым, мучительным сновидением, вроде тех снов, которые, должно быть, будут сниться
людям в самые последние дни мира.
Уже не в первый раз за полтора года своей офицерской службы испытывал он это мучительное сознание своего
одиночества и затерянности среди чужих, недоброжелательных или равнодушных
людей, — это тоскливое чувство незнания, куда девать сегодняшний вечер.
— Это точно-с, доложу вам, что может быть приятнее для образованного
человека, как
одиночество, — заметил советник, садясь на лавку, — а впрочем, есть и компания иногда не хуже
одиночества. Я сейчас встретил Крупова, Семена Ивановича, он такую себе подцепил дамочку.
Мы с этим выросли, и отделаться от этого почти невозможно; в нас во всех есть мещанское самолюбие, которое заставляет оглядываться, осматриваться; с природой
человек не соперничает, не боится ее, и оттого нам так легко, так свободно в
одиночестве; тут совершенно отдаемся впечатлениям; пригласите с собой самого близкого приятеля, и уже не то.
— Я уверен, что он был бы очень рад вас видеть; в этой глуши встретить образованного
человека — всякому клад; а Бельтов вовсе не умеет быть один, сколько я заметил. Ему надобно говорить, ему хочется обмена, и он болен от
одиночества.
Он страдает от ниспосланных ему испытаний, от ударов, которые ему наносит жизнь, от смерти, болезни, нужды, измены,
одиночества, разочарования в
людях и пр., и пр.
Человек переживает покинутость,
одиночество и чуждость мира.
Человек нуждается в выходе из
одиночества, в преодолении леденящей чуждости мира.
Расстроенная прощаньем, Парасковья Ивановна даже всплакнула и сейчас же послала за мастерицей Таисьей: на
людях все же веселее скоротать свое
одиночество. Сама Парасковья Ивановна придерживалась поповщины, — вся у них семья были поповцы, — а беспоповщинскую мастерицу Таисью любила и частенько привечала. Таисья всегда шла по первому зову, как и теперь.
Сам Бог знает великое и страдальческое
одиночество, переживает покинутость миром и
людьми.
Я считаю излишним описывать радостный переполох, который это известие произвело в нашей маленькой колонии. Но для меня лично к этой радости примешивалась и частичка горя, потому что на другой же день и Блохины и Старосмысловы уехали обратно в Россию. И я опять остался один на один с мучительною думою: кого-то еще пошлет бог, кто поможет мне размыкать
одиночество среди этой битком набитой
людьми пустыни…
Представьте себе иностранца, выброшенного сегодняшним утренним поездом в Париж,
человека одинокого, не имеющего здесь ни связей, ни знакомств, — право, кажется, и он не найдет возможности соскучиться в своем
одиночестве.
Главное, чего русский гулящий
человек должен всего больше опасаться за границей, — это
одиночества и в особенности продолжительного.
Одиночество дает
человеку поблажку мыслить — вот в чем беда.
Повторяю: при таких условиях
одиночество лишает
человека последнего ресурса, который дает ему возможность заявлять о своей живучести. Потребность усчитать самого себя, которая при этом является, приводит за собой не работу мысли в прямом значении этого слова, а лишь безнадежное вращение в пустоте, вращение, сопровождаемое всякого рода трусостями, отступничествами, малодушиями.